facebook  rss

ТОП-20

последние

Новости из Эстонии

Законы Латвии

Darba likums - Закон о труде

Latvijas Administratīvo pārkāpumu kodekss - Латвийский кодекс административных правонарушений

Civilprocesa likums - Гражданско-процессуальный закон

Krimināllikums - Уголовный закон

Likums “Par iedzīvotāju ienākuma nodokli” Закон о подоходном налоге с населения

Komerclikums - Коммерческий закон

Latvijas Republikas Satversme - Конституция Латвийской республики

Kriminālprocesa likums - Уголовно-процессуальный закон

Administratīvā procesa likums - Административно-процессуальный закон

Par nodokļiem un nodevām - Закон о налогах и пошлинах

Ceļu satiksmes noteikumi - Правила дорожного движения

Par uzņēmumu ienākuma nodokli- Закон о подоходном налоге с предприятий

Publisko iepirkumu likums - Закон о публичных закупках

Valsts un pašvaldību institūciju amatpersonu un darbinieku atlīdzības likums - Закон о вознаграждении должностным лицам государства и самоуправления

Civillikums - Гражданский закон

Vispārīgie būvnoteikumi - Общие строительные правила

Pievienotās vērtības nodokļa likums - Закон о налоге на добавленную стоимость

Dokumentu izstrādāšanas un noformēšanas kārtība - Порядок разработки и оформления документов

Gada pārskatu likums - Закон о годовых отчетах

Par pašvaldībām - Закон о самоуправлениях

Maksātnespējas likums - Закон о неплатежеспособности

Kārtība, kādā atlīdzināmi ar komandējumiem saistītie izdevumi - Порядок, в котором оплачиваются расходы на командировки

Mikrouzņēmumu nodokļa likums - Закон о налоге с микропредприятий

Būvniecības likums - Закон о строительстве

Izglītības likums - Закон об образовании

Par valsts sociālo apdrošināšanu - Закон о государственном социальном страховании

Patērētāju tiesību aizsardzības likums - Закон о защите прав потребителей

Par grāmatvedību - Закон о бухгалтерии

Noteikumi par Profesiju klasifikatoru, profesijai atbilstošiem pamatuzdevumiem un kvalifikācijas pamatprasībām un Profesiju klasifikatora lietošanas un aktualizēšanas kārtību - Правила о Классификаторе профессий, об основных задачах и требованиях к квалификации, соответствующих каждой профессии, о порядке ведении и актуализации Классификатора профессий

Valsts pārvaldes iekārtas likums - Закон об устройстве государственного управления

Ссылки

Загрузка...
Пятница, 28 Сентябрь 2018 13:00

«К простым людям относятся, как к мусору!»

(4)

Почему в Латвии так сложно доказать врачебную ошибку, даже если сам врач просит прощения у пациента?

Месяц назад в «МК-Латвии» вышла статья о Фонде врачебного риска под названием «А здесь врачи миллионы раздают». Мы рассказывали о том, как государство выплачивает компенсации пациентам, пострадавшим от небрежности или халатности врачей. После публикации некоторые читатели звонили в редакцию, чтобы пожаловаться, что никаких денег в Фонде врачебного риска не раздают, а наоборот, всех пострадавших отправляют несолоно хлебавши.

«Обращаются, чтобы обогатиться»

В это же время старший эксперт отдела контроля качества здравоохранения Инспекции здравоохранения, онколог Сармите Зелтиня в эфире радио Baltkom заявила, что большинство жалоб пациентов в Фонд врачебного риска являются необоснованными:

«Люди обращаются в фонд, чтобы обогатиться. Можно говорить прямо. И на каждую такую необоснованную жалобу, основанную только на эмоциях, мы должны тратить свое время. Обращаться к руководству больницы, выяснять случившееся. Только каждое четвертое или пятое заявление является обоснованным и касается качества лечения. Остальные – одни эмоции. То общение плохое, то пациент просто не понял, что у него за болезнь и какой исход это сулит. Люди стали более информированными, они знают, что существует такой Фонд врачебного риска и думают, что это ящик, из которого можно получить деньги просто так», – цитирует Зелтиню портал mixnews.

Вообще-то логично, что пациенты обращаются в фонд, чтобы «обогатиться», то есть получить компенсацию за врачебную ошибку. Для того этот фонд и создан. Было бы странным, если бы они обращались для того, чтобы разориться. И вряд ли пациент после хорошего лечения будет писать жалобу с требованием компенсации – эти люди обычно пишут благодарности врачам. «МК-Латвия» публикует добрые слова пациентов в адрес врачей в рубрике «Слуховое окно».

Мы обратились за комментарием к Олафу Либерманису, пластическому хирургу, основателю фирмы Riska fonda konsultācijas, которая помогает пострадавшим пациентам или их родственникам (за свой процент в случае выигрыша в суде) добиться возмещения от Фонда врачебного риска.

«Это лубочная картинка»

– Все, что в Национальной службе здравоохранения и Инспекции здравоохранения рассказывают о деятельности Фонда врачебного риска, это чистая правда, – говорит Олаф Либерманис. – Только чиновники рисуют лубочную картинку того, как это должно было бы выглядеть. Это то видение, которое возникло в наших головах и на бумаге в далеком 2009 году, когда рабочая группа Министерства здравоохранения создавала Фонд врачебного риска. Принцип тогда был очень простой. Пациент получает какое-то увечье во время лечения. Пострадавший человек несчастен, доктор в ужасе, но ничего не может исправить – свою квартиру он в счет возмещения ущерба отдавать не будет. Поэтому пациент (или в случае смерти больного – его родственник) идет в Фонд риска, заполняет бланк, все начинает вертеться, бедный врач признает свою ошибку, извиняется, и пациенту быстро выплачивают компенсацию.

– Почему вы говорите, что это не заработало так хорошо, как предполагалось?

– Сработало хорошо только одно – от больниц и врачебных практик быстро собрали деньги. Все мы каждый год делаем взносы на содержание Фонда риска. И сбор этих денег производится очень эффективно. Однако рассмотрение требований пациентов на выплату возмещения не работает, как надо. И об этом с самого начала предупреждала госпожа Берга, которую поставили управлять этим фондом. Она умная женщина и сразу поняла, что будет лавина требований, с которой эксперты не смогут справиться. Она еще тогда сказала, что, во-первых, эксперты не смогут в срок рассмотреть все заявления от пострадавших, а во-вторых, не смогут определить сумму компенсации, потому что там идет разброс от 5 до 50 процентов. Ну, каким шестым чувством эксперт может определить – 37% или 42% надо выплатить от максимальной суммы компенсации? (Максимальная сумма компенсации, которая принимается за 100% – 142 000 евро. – Прим. ред.) Ко всему этому присовокупилась хаотичная политика Инспекции здравоохранения, которой полтора года (с февраля 2016 года по май 2017-го) руководила странная особа. Эта дама разогнала штат опытных экспертов, из-за чего там накопилась масса дел. Есть дела, которые висят в инспекции больше двух лет вместо положенных шести месяцев.

При чем тут Инспекция здравоохранения?

Рассмотрением заявлений в Фонд врачебного риска занимается Инспекция здравоохранения. До сих пор пациенты должны были подавать заявления в Национальную службу здравоохранения (NVD). Полученные от пациента документы NVD пересылала в Инспекцию здравоохранения для проведения экспертизы.

Эксперты Инспекции здравоохранения устанавливают – имело место нанесение вреда жизни или здоровью пациента или нет, размер этого повреждения и его последствия. После оценки Инспекция здравоохранения дает заключение для Национальной службы здравоохранения. На основании этого заключения NVD принимает решение о выплате возмещения или об отказе в выплате.

Эксперты широкого профиля

– Второе – это вопрос компетентности, – продолжает Олаф Либерманис. – Например, если бы я пошел работать в Инспекцию здравоохранения, я мог бы делать экспертизу по жалобам пациентов на хирургию кисти и по микрохирургии, потому что это моя специальность. И может быть, мог бы выступать экспертом по травматологии и ортопедии, по общей хирургии и по урологии, привлекая специалистов из этих областей. Однако есть правила Кабинета министров, на основании которых специалист может проводить экспертизу, и в них не оговаривается, что эксперт должен быть специалистом в той области медицины, в которой он проводит экспертизу. В университете им. П. Страдыня есть специальная программа, по которой готовят врачей-экспертов. Я обратился в университет с просьбой выдать мне программу обучения, по которой эти врачи становятся экспертами. Мне эту программу не выдали. Получается, что правила КМ делегируют врачам-экспертам знания. Поэтому, например, эксперт Инспекции здравоохранения Сармите Зелтиня считает себя специалистом во всех областях медицины.

– А это не так?

– Если, например, ты врач-эксперт и дополнительно работаешь в травмпункте одной второстепенной больницы, это не значит, что ты глуп, но ты должен очень интенсивно все время учиться, читать специальную литературу, ездить на конференции в тех отраслях, в которых ты проводишь экспертизы. Потому что в травмпункте нет серьезной медицины. На деле эти врачи не читают и не ездят, потому что у них много работы и скудный бюджет. Они нашли другое решение. Они просят потенциально ответственное за врачебную ошибку медицинское учреждение написать объяснение. Учреждение им пишет, что это произошло потому-то и приводит список иностранной литературы. Эксперт берет это объяснение и кладет его в основу своего заключения.

– Допустим, эту ошибку допустила не больница, а какой-то частнопрактикующий врач. Значит, он пишет это объяснение?

– Да.

– Как часто врач или больница в объяснительной пишут, что они виноваты?

– Было два случая, когда больница написала, что это их вина. И Сармите Зелтиня взяла и написала в своем заключении, что они не виноваты.

– Как это?

– В Риге 16 мая был суд по конкретному случаю, где больница извинилась и написала, что допустила ошибку. Однако Сармите Зелтиня в своем заключении написала, что больница не виновата, что виноват пациент.

– Подождите. За пять лет существования Фонда врачебного риска пострадавшим выплатили около 4 миллионов евро. Вряд ли бы это стало возможным, если бы эксперты писали, что врачи не виноваты.

– Есть случаи, когда они выплачивают. Но если вначале врачебную ошибку признавали примерно в 48% от всех обращений пострадавших, то сейчас, как они сами говорят, только в каждом пятом случае, то есть в 20%.

И, кроме того, в своих заключениях (а я их читаю, потому что к нам их люди несут пачками) эксперты здорово понизили планку оценки того, что допустимо в действиях медиков, а что нет. Например, делая операцию на матке, хирург повредил женщине мочевой пузырь. На суде эксперт приводит доводы, почему это не ошибка. И убеждает суд, что это «побочный эффект», примерно такой же побочный эффект, как от действия лекарств.

– Но зачем эксперты пишут такие заключения? У них-то что за интерес?

– Я думаю, что там интерес выгородить эту больницу.

– А зачем ее выгораживать? Признание врачебной ошибки не означает, что кого-то посадят в тюрьму. Врачи ведь не боги, они могут ошибиться. Для того и создан фонд, чтобы компенсировать пациенту нанесенный ему вред.

– Это очень упрощенное понимание. Фактически же врач боится системы. Медики абсолютно не подкованы юридически, их эти все учреждения пугают. Вот, тебя вызывают. Ты в чем-то сознаешься, и это, может быть, где-то опубликуют. Будет скандал, ты потеряешь сразу клиентуру. А все считают копейки.

– И эксперт такая добрая, что жалеет нервы врачей, когда защищает больницу?

– Их мотивацию я не понимаю. Но на суде они говорят ересь с точки зрения медицины.

Круговая порука?

– Может ли пострадавший пациент еще до суда оспорить заключение эксперта?

– Когда вы получаете заключение с отказом в выплате компенсации, вы можете требовать в Национальной службе здравоохранения его пересмотреть. У нас это требование никогда не было исполнено. Могу судить по своему опыту, когда выступаю от лица пострадавших пациентов. Национальная служба здравоохранения принимает заявление, потом просит Инспекцию здравоохранения ответить на вопросы, которые я задал. Инспекция здравоохранения или не отвечает, или пишет, что мнение господина Либерманиса не меняет это заключение. И тогда второй раунд – вы идете в министерство. В министерстве сидит выводок молоденьких юристов, которые не имеют отношения к медицине. Они с таким же успехом могут работать в авиации, в пароходстве, на железной дороге. Они формально рассматривают ваше заявление и пишут, что инспекция не ошиблась.

– И что, больше никаких возможностей?

– Вы имеете возможность требовать участия профессиональной ассоциации медиков в той области, в которой проходило лечение. Но ассоциация не обязана отвечать. Они иногда пишут свое мнение, но в нем, как правило, защищают своих врачей.

– Что дальше?

– Потом вы можете подать иск в административный суд. В суд приходите вы – человек, далекий от медицины и со стороны ответчика – тот же эксперт, который написал заключение. И он вас или вашего юриста размазывает по стенке. Так что рассказ о работе Фонда врачебного риска – это всего лишь лубочная картинка.

– Какую-то безвыходную ситуацию вы обрисовали.

– Насколько она безвыходная, я понял на суде 16 августа. (Смотрели историю джентльмена, которому врач с запозданием назначил лечение от гриппа, в результате чего он попал в реанимацию, где получил пролежни.) Потому что против вас фактически ополчаются больница, Национальная служба здравоохранения, Инспекция здравоохранения, Министерство здравоохранения и судмедэкспертиза.

– А судебные медики-то при чем?

– Вы имеете право потребовать судмедэкспертизу, если это обосновано. На суде 16 августа присутствовали два судебных эксперта, которые должны быть абсолютно нейтральными. Но фактически они выступали в роли адвокатов, причем очень активных адвокатов, в поддержку Сармите Зелтини. В протоколах заседания видно, что судмедэксперт, который должен только отвечать на вопросы, по своей инициативе выдвигает новые теории в ее пользу. Я сейчас буду обращаться к директору Государственного центра судебно-медицинской экспертизы, привезу ему протокол выступлений его экспертов на суде 16 августа. Потребую должностного расследования. Там вообще было так, что судмедэксперт была в отпуске. И в суд пришла бумага, что она в отпуске. Вдруг она появилась на суде и стала хвалить Сармите Зелтиню. Еще ни разу суд не встал на сторону пациента.

– Почему суд всегда на стороне Инспекции здравоохранения?

– Административный суд знает, какие штрафы можно взимать за нарушения правил содержания собак, суд может разобраться, нарушили ли правила уборки территории владельцы частных домов и так далее. Но в медицине суд ничего не понимает.

– Кто в силах во всем этом непредвзято разобраться?

– Энергичный министр здравоохранения. Когда министр начнет заниматься медициной, а не строительством (хотя, конечно, новый корпус больницы Страдыня надо было строить).

– Разве у Анды Чакши нет хороших помощников для этого?

– В Минздраве работают неплохие люди, но осталось мало медиков. В основном там финансисты, юристы.

– Не хотелось бы на такой ноте заканчивать нашу беседу…

– Я думаю, что у нового руководителя Инспекции здравоохранения юриста Инары Дрейки был почти год для того, чтобы вникнуть в дела. Кроме того, на должность начальника отдела контроля качества медицинской помощи Инспекции здравоохранения сейчас пришел адекватный человек, врач-эксперт Андрис Зивертс (бывший глава Государственной врачебной комиссии экспертизы здоровья и трудоспособности. – Прим. ред.). Надеюсь, что они обратят внимание на то, что некоторые эксперты относятся к простым людям, как к мусору, с которым можно не считаться.

Ольга КОНТУС,
Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.



Комментарии  

 
+4 #1 Уке 28.09.2018 16:36
Административны й суд знает, какие штрафы можно взимать за нарушения правил содержания собак, суд может разобраться, нарушили ли правила уборки территории владельцы частных домов и так далее
--
Административны й суд и в этом совсем не разбирается.
Он в Латвии рассматривает дело,причём адм.суд,в отличии от уголовного и гражданского,не является судом состязательным.
А потому админ.суд всегда изначально на стороне учреждения.
Нет мнения эксперта,которы й представил доказательства неправильного лечения- значит,по умолчанию лечение было правильным.
Цитировать
 
 
0 #2 Кармих 29.09.2018 10:32
Цитирую Уке:
Административный суд знает, какие штрафы можно взимать за нарушения правил содержания собак, суд может разобраться, нарушили ли правила уборки территории владельцы частных домов и так далее
--
Административный суд и в этом совсем не разбирается.
Он в Латвии рассматривает дело,причём адм.суд,в отличии от уголовного и гражданского,не является судом состязательным.
А потому админ.суд всегда изначально на стороне учреждения.
Нет мнения эксперта,который представил доказательства неправильного лечения- значит,по умолчанию лечение было правильным.


Ваша мысль совершенно правильная. Спора здесь быть не может поэтому и называется административны й суд. Ворон ворону глаз не выклюет.
Цитировать
 
 
+5 #3 СТАВОР 29.09.2018 11:02
В Латвии НЕТ медицины...В Латвии РУЛИТ хорошо организованная медицинская МАФИЯ с КРУГОВОЙ порукой!!!
более того,в Латвии процветает ПОЛИЦЕЙСКАЯ мафия,СУДЕБНАЯ мафия...ТОРГОВА Я мафия,СТРОИТЕЛЬ НАЯ мафия,ЗАКОНОДАТ ЕЛЬНАЯ мафия - это те 100 "депутатов",кот орые пишут законы,как ПРАВИЛЬНО КИНУТЬ,РАЗВЕСТИ ,ОБМАНУТЬ народ и государство...
Оборот "теневой"эконом ики в Латвии 5 миллиардов евро,при 7-ми миллиардах евро годового государственног о БЮДЖЕТА!!!
МЫ живём в нищей стране,где 28 лет страной РУЛИТ нацистская МАФИЯ потомков "Waffen SS!"
Цитировать
 
 
+8 #4 Nastja522 29.09.2018 15:56
Мне на днях от жары стало плохо, в Швейцариие я от отношения ко мне офигела, у меня было такое впечетление что я королева, вопервых не теряя времени все анализы брали в машине скорой помощи, сразу поставили капельницу,прив езли в госпиталь на до мной кружили 4 врача, хотя у меня просто был солнечный удар, все улыбались, я не на минуту не оставалась одна, вот это отношение. И я вспомнела что такое попасть в Латвии это ужас
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Читать ещё:

ÌÊ-Ëàòâèÿ 2014