Недавнее сообщение о том, что в помещениях легендарного магазина «Сакта» открылся хоспис, то есть медицинское учреждение для помощи неизлечимо больным людям, невольно вызвало в рижанах странное щемящее чувство. Казалось бы, магазин закрылся четверть века назад, там побывало почтовое отделение, потом что-то еще. Но для всех рижан это по-прежнему «Сакта».
Старые стены
Чтобы понять, почему этот магазин стал не просто торговой точкой, а важным культурным кодом Латвии, нужно вернуться к началу его истории.
В 1930-х годах адрес этого дома был – бульвар Бривибас, 2/4, а с 1950-го – улица Ленина, 32. Уже тогда здесь располагался магазин подарков и парфюмерии.
«Сходите в магазин подарков по улице Ленина, 32, – советовала газета «Ригас Балсс» в июле 1962-го, – там вы всегда найдете изделия латышских мастеров из янтаря и металла. Ассортимент товаров в магазине богатый. Здесь можно найти все – от маленькой брошки и флакона духов до предметов женской и мужской одежды». Как видите, «Сакта» появилась не на пустом месте. А на базе такого же магазина.
В 1963 году он был закрыт, планировалась не только полная его реконструкция, но и увеличение площади на 400 кв. м. «Это будет современный магазин с красивыми цельностеклянными витринами, «подвесным потолком», рассчитанным на использование скрытого освещения, новыми отделами и небольшим кафетерием», – обещала газета.
Открыть весь магазин собирались к 47-й годовщине Октября, то есть к ноябрю 1964 года. Но затем перенесли на июль 1965 года, приурочив к громкому республиканскому юбилею. А 5 августа 1964 года торжественно открыли первую его часть.
Взгляд в будущее
Итак, в 1964 году на месте старого магазина подарков открылась новая «Сакта». Проект архитектора И. Л. Гольденберга, уже известного рижанам по «Детскому миру», стал манифестом модернизма, дерзко ворвавшимся в консервативный рижский центр.
Когда покупатель переступал порог, он оказывался в пространстве, где доминировал контраст: холодный блеск металла и теплый уют дерева. Под ногами – мозаичный пол из каменной крошки, который был не просто функциональным покрытием, а важным дизайнерским элементом.
Но главным чудом был потолок. Инженерное решение Гольденберга с системой «иллюминаторов» – глубоких ниш с закарнизной подсветкой – создавало иллюзию бесконечности, словно вы находились не в магазине, а в научно-исследовательском центре будущего.
Стены, облицованные светлыми породами дерева, гармонировали с изящными конструкциями из анодированного алюминия. Это было пространство без единого лишнего угла: округлые прилавки, скругленные формы витрин-островков, где товар – будь то янтарное ожерелье или набор посуды «Сигулда» – подсвечивался направленными лучами.
Рижане вспоминали: здесь было непривычно тихо, гул толпы поглощался акустическими панелями, а воздух, очищенный современными системами вентиляции, пах не пылью, а чем-то неуловимо «западным» – дорогим одеколоном, деревом и чуть-чуть – свежим полиграфическим лаком открыток.
Звезды советской торговли
Магазин был живым организмом, где каждая секция имела свой характер. В цокольном этаже, куда вели ступеньки, скрывался кондитерский салон – царство тортов «Сакта», «Дайна» и «Драудзиба». Ажурная лестница вела на второй этаж, к ювелирным изделиям и янтарю. Именно здесь в 1964 году заработал передовой для СССР «стол заказов»: покупки можно было оформить в подарочную упаковку и отправить с доставкой на дом.
Вдобавок «Сакта» была уникальным социальным институтом. В середине 60-х здесь сложился коллектив, о котором в Риге говорили с нескрываемым уважением. Работа в «Сакте» считалась престижной, а сотрудники магазина – молодые, образованные, порой знающие по несколько иностранных языков – быстро становились городскими знаменитостями. Их портреты регулярно украшали страницы «Ригас Балсс», о них писали очерки, их чествовали как героев труда.
Особого упоминания заслуживает «административный стержень» магазина. У руля стояла депутат Рижского городского совета Марга Готфридовна Дзелме.
Фигура, обладавшая не только железной волей и талантом управленца, но и тонким чутьем на все новое. Именно под ее руководством «Сакта» превратилась в законодателя стиля. Дзелме умела балансировать между жесткими требованиями советской плановой системы и желанием сделать магазин по-настоящему красивым, современным и комфортным для рижан.
Ее правая рука, заместитель директора Иосиф Фейгельсон, был душой «Сакты». Фейгельсон – не просто администратор, а талантливый художник-декоратор – вместе с коллегами превратил витрины магазина в настоящее искусство. Благодаря их тандему витрины «Сакты» не раз признавались лучшими в Советском Союзе, а сама «Сакта» стала местом паломничества для делегаций со всей страны, приезжавших перенимать рижский опыт. Витрины «Сакты» не просто демонстрировали товары – они создавали атмосферу, в которой керамические панно, этнографические мотивы и световые композиции объединялись в единое целое.
Магазин по праву гордился своими кадрами. В 1971 году, когда средний возраст продавщиц составлял всего 25 лет, сотрудницы «Сакты» устроили настоящий «разгром» конкурентов на городском конкурсе «Лучший молодой продавец Риги», заняв весь пьедестал почета.
К Пифу за чулками
Магазин «Сакта» в 60-е и 70-е годы жил по правилам, которые радикально отличались от советского торгового стандарта. В то время как другие магазины месяцами не меняли витрины, превращая их в пыльные склады, «Сакта» делала ставку на искусство.
В 1968 году магазин совершил маркетинговый прорыв, ставший легендой рижской визуальной культуры. Администрация «ангажировала» на роль гида весенней выставки-продажи чулок популярного комикс-персонажа – лопоухого пса Пифа. Ростовая фигура Пифа в белых перчатках, стоявшая прямо на тротуаре перед неоновой надписью Presents/Souvenirs, стала мощнейшим магнитом для прохожих. В предновогодние дни к «Пифу» добавлялись огни «электрического ожерелья», опоясывающего главный вход, а из магнитофонной записи, озвученной актрисой ТЮЗа Велтой Скурстене, пес «приглашал» покупателей зайти внутрь.
Когда в 1969 году ураган сорвал неоновую вывеску, рижане с нетерпением ждали ее обновления, которое в 1970 году реализовали мастера предприятия «Ригасвет», вложив в проект максимум «творческой энергии и выдумки».
В зените славы
Успех «Сакты» был не только эстетическим, но и экономическим. Магазин работал с колоссальной нагрузкой, став настоящим туристическим магнитом: в 1971 году почти половина покупателей (45,8%) были приезжими – туристами или командировочными.
В зените успеха, в конце 60-х – середине 70-х годов, ежедневно в «Сакту» заходили тысячи человек. В предпраздничные дни этот поток достигал 15–20 тысяч посетителей в день.
Товарооборот для специализированного магазина тоже был запредельным – среднемесячный оборот достигал 1 000 000 рублей, а годовой план в 1971 году был установлен на уровне 12,3 миллиона рублей.
Постоянный наплыв покупателей превращал торговый зал в «живой организм со своими нервами». Чтобы ликвидировать очереди, администрация проводила кассовые реформы, вынося кассы к прилавкам, и постоянно перестраивала торговое оборудование.
Работа была каторжной: бесконечные накладные, сверка товара, упаковка. Именно здесь рождались истории.
Старший продавец, вспоминая 70-е, рассказывала: «Мы знали, кому из покупателей нужно отложить именно тот самый набор чешского хрусталя или дефицитный набор косметики «Дзинтарс». Бывало, приходил старый рижский интеллигент, который заказывал подарок внучке – мы искали лучшее, прятали, звонили ему домой, когда товар приходил. Это не было спекуляцией, это была особая этика рижской торговли. Мы чувствовали себя не продавцами, а посредниками между красотой и человеком».
Сервис упаковки подарков был одной из визитных карточек магазина «Сакта», однако именно эта популярность стала источником конфликтов.
Бесплатная, эстетичная и профессионально выполненная упаковка привлекала так много желающих, что администрация была вынуждена ограничить ее предоставление только товарами, приобретенными непосредственно в «Сакте», о чем покупателей информировала специальная табличка в отделе.
Со всей страны
Латвийские газеты того времени пестрели отзывами, которые сегодня читаются как свидетельства эпохи:
«Зашла в «Сакту» за пустяком, а вышла с ощущением праздника. Удивительно, как в витринах сочетаются старые латышские узоры и современные материалы. Но главное – это продавцы. Девушка за прилавком не просто дала мне товар, а рассказала историю создания этой вазы, будто она сама ее расписывала. Спасибо за тепло и культуру!» (Из письма читательницы, июнь 1967 г.)
«Выражаем огромную благодарность коллективу магазина «Сакта». Когда мы, приезжие из Сибири, не могли выбрать подарок, нам помогли подобрать именно то, что нужно для нашей латвийской родственницы – элегантно, со вкусом и без лишней суеты. Даже в час пик они умудряются сохранять спокойствие и улыбку. Побольше бы таких магазинов в наших городах!» (Из книги отзывов, 1973 г.)
Заходя в торговый зал, покупатель попадал под власть вещей, которые сегодня назвали бы культовыми. На витринах «Сакты» повседневный быт обретал статус искусства. Здесь не просто продавали товары – здесь предлагали частицу рижского стиля.
Вспомните эти маленькие, но невероятно изящные значки с силуэтом Старой Риги и шпилем церкви Святого Петра – крошечные кусочки металла, которые увозил с собой каждый турист как главный символ латвийской столицы.
Или пудреницы «Рига» – предмет первой необходимости, превращенный в эстетическое украшение с лаконичным европейским дизайном.
А знаменитый космический набор для специй? Его футуристические, обтекаемые формы будто сошли с чертежей инженеров-конструкторов, вторя тем самым потолкам-«иллюминаторам» над головой. Для советской кухни, часто страдавшей от избытка тяжеловесности, эти наборы были глотком свежего воздуха, манифестом лаконичного скандинавского модерна, к которому стремилась Рига. Эти предметы не просто покупали – за ними охотились, их берегли, они становились семейными реликвиями, хранящимися в сервантах десятилетиями.
Испытание на прочность
К 1980-м годам «Сакта» превратилась в огромный механизм, в котором трудилось уже около 190–200 человек. Это был «торговый завод», где работали не только продавцы, но и целый штат художников, декораторов, экспедиторов и технических специалистов, каждый из которых был частью легенды, делавшей «Сакту» главной витриной республики.
В конце 80-х «Сакта» оказалась в тисках времени. Эпоха «планового изобилия» необратимо уходила, уступая место хаосу кооперативов. Для магазина, привыкшего к жестким, но понятным правилам, это стало началом конца.
Полки, которые когда-то ломились от изделий народных мастеров, стали заполняться случайным товаром. Сначала появились «кооперативные» поделки – безвкусные, но быстро заполнявшие вакуум дефицита. Затем началось время талонов. В «Сакте» это чувствовалось особенно остро: здесь, где раньше царила эстетика подарка, теперь выстраивались бесконечные очереди за элементарными вещами, которые по разнарядке распределялись через «стол заказов». Магия исчезла. Продавцы оказались лицом к лицу с толпой, требующей дефицит, которого просто не было.
Наступление 90-х стало для «Сакты» испытанием на прочность, которое она, увы, не прошла. Латвия обрела независимость, правила игры сменились полностью. Но магазин, который держался на уникальном управленческом тандеме Дзелме – Фейгельсона и на государственном патронаже, оказался беспомощен в условиях свободного рынка.
Огромные площади в самом центре Риги стали «золотой клеткой». Арендные ставки росли, а доходы от продажи сувениров и парфюмерии уже не могли их покрывать.
В Риге начали открываться торговые центры, предлагающие комфорт, которого «Сакта» – со своей советской планировкой и узкими проходами – дать уже не могла.
– Знаете, – говорит бывший сотрудник магазина, проработавший в «Сакте» двадцать лет, – перелом чувствовался не в цифрах, а в воздухе. В 80-х в магазин заходили любоваться. В 90-х – заходили «завоевывать». Однажды утром я пришел на смену и понял: мой прилавок больше не «островок красоты», а поле боя. Рядом с нашими прекрасными авторскими керамическими панно начали появляться пластиковые китайские безделушки. И люди стали смотреть на нас не с уважением, а с подозрением. Тот блеск в глазах посетителей, который был в 60-е, когда они впервые видели наши «иллюминаторы», сменился усталостью.
Мы пытались держать марку, выставляли лучшее, но рынок требовал дешевого. И вот тогда я понял: «Сакта» заканчивается. Потому что из магазина ушла душа, для которой не осталось места.
Битва за "Сакту"
К середине 90-х легендарный магазин «Сакта» напоминал корабль, который отчаянно лавировал между айсбергами рыночной экономики. Ассортимент сувениров, когда-то бывший визитной карточкой республики, все сильнее уступал место случайному ширпотребу. Городские власти, формально оставаясь владельцами здания, все чаще задумывались: что делать с этим «символом», который перестал приносить прибыль и требовал огромных затрат на содержание?
Именно в этот момент на сцене появляется Раймонд Геркенс. В середине 90-х его имя было синонимом торгового успеха в Латвии. Его империя Gerkens & Co росла стремительно, и амбиция занять здание на Бривибас, 32 выглядела логично: статус «Сакты» идеально вписывался в образ успешного предпринимателя.
Геркенс предложил полную реконструкцию, инвестиции в инфраструктуру здания и, главное, создание высококлассного торгового центра: «Государство (и муниципалитет) – плохой менеджер. Я принесу сюда западные стандарты обслуживания, сделаю из «Сакты» современный хаб, который будет платить налоги и украшать центр города».
Однако Рижская дума ответила отказом. Власти настаивали, что «Сакта» – не просто магазин, а объект с «культурным кодом». Они опасались, что приватизация приведет к тому, что здание превратится в обычный супермаркет, где от исторической «Сакты» останется только вывеска. «Мы не можем допустить коммерциализации истории», – таков был лейтмотив чиновников.
К тому же город опасался, что частник первым делом сократит штат. А в «Сакте» еще работали люди «старой закалки», для которых магазин был делом жизни. Чиновники боялись социального взрыва и критики со стороны тех, кто ностальгировал по советским временам.
Отказ Геркенсу стал для «Сакты» «пирровой победой» мэрии. Они отстояли муниципальный контроль, но не смогли предложить никакой альтернативной стратегии развития. Здание начало медленно деградировать.
Казино "Сакта"
В начале века, когда «Сакта» окончательно затрещала по швам под грузом долгов и невостребованности, ее последние владельцы – компания ООО Saules stari – предприняли попытку спасения, которая сегодня кажется почти издевательской. Вместо того, чтобы пытаться сохранить хоть частицу былой торговой славы или придать помещению культурный статус, на месте магазина подарков решили открыть игорный зал – казино.
Однако это оказалось слишком крупным столкновением моральных ориентиров, и Рига отказалась превращать знаменитый магазин в казино с тем же названием.
В то же время отказ поставил точку в истории «Сакты». Лишившись последней призрачной надежды на «быстрые деньги», магазин к 2004 году окончательно закрыл свои двери.
Некоторое время в бывшей «Сакте» располагалось отделение почты, а весной 2026 года здесь открылся первый в Латвии дневной центр для пациентов хосписа.
