Многолетние, с 1999 года, результаты опросов, проводимые центром SKDS, свидетельствуют, что большинство латвийцев встречают Новый год дома. В разные годы эта цифра колебалась от 47 до 65 процентов, но неизменно одно – тех, кто встречает смену годов дома, всегда было гораздо больше.
Возможно, потому, что Новый год – это, в первую очередь, семейный праздник.
Тем не менее есть люди, которые любят встречать этот праздник в ресторанах, клубах, театрах и других шумных компаниях. Какие события происходили с ними в новогоднюю ночь в прошлые годы?
ЗИМНИЕ ВИЗИТЫ
В прежние годы и века любителей отпраздновать Новый год на публике было больше. Это сельское население встречало Новый год у своей печки или не встречало вовсе. А в городах вовсю шумели новогодние светские рауты.
А после, по правилам этикета, надлежало совершать новогодние визиты. Это можно было делать весь январь, наиболее учтивым считалось прийти с визитом 1-го числа.
Тем более к начальству. 1 января визитеров с поздравлениями принимал и губернатор, в Рижском замке. Но обычно посещали дома, поздравляли, желали, хозяева подавали чай. Гостям надлежало быть во фраке.
Традиция новогодних визитов существовала до первого десятилетия прошлого века, включительно. Но постепенно теряла популярность, становилась архаичным ритуалом.
В декабре 1875 года газета «Рижский вестник» писала: «Новогодние визиты начинают и в Риге все больше и больше терять свое значение. Двадцать лет тому назад обычай являться на Новый год непременно с визитом соблюдался почти всеми с таким усердием, что перчаточники, извозчики и портные, отдающие фраки на прокат, имели 1 января обильную жатву; в настоящее время Новый год не приносит им и двадцатой доли бывших доходов, так как обычай новогодних визитов вынужден уступать все более сделавшемуся теперь уже почти всеобщим и гораздо более благоразумному обычаю вносить взамен визитов к Новому году какое-либо пожертвование в пользу благотворительных целей».
Сообщалось, что в прошлом 1874 году в Риге вместо визитов сделали пожертвования более трех тысяч человек. Хотя, конечно, некоторые совмещали одно с другим. «Наиболее консервативными в соблюдении новогодних визитов являются разносчики театральных афиш и ночные сторожа».
Не способствовала визитам и рижская погода. Например, 1 января 1899 года «улицы представляли какую-то сплошную смесь снега и грязи, к пронизывающей сырости присоединился еще мокрый снег, бивший в лицо».
«Новогодним визитерам пришлось вчера совершать свои экскурсии в такую погоду, что их можно от души пожалеть. Тем не менее мучеников новогодней страды, усердно сновавших по городу, было не мало», – отмечала газета.
Сам Новый год многие горожане встречали в развлекательных заведениях. Иногда там происходило такое! Взять, например, встречу 1877 года. Пресса писала: «Маскарад, данный в городском театре для встречи Нового года, был посещен очень многочисленною публикою, дал, следовательно, хороший сбор, но только... этот маскарад сопровождался такими сценами, что совестно и рассказывать. Многие из посетителей выражали даже удивление, что театральная дирекция допускает в городском театре маскарады, принявшие уже чересчур откровенный характер, но многие резонно отвечали, что дивиться тут нечему: денежные дела театра не блестящи, а маскарады выгодны!..» Вот и поди знай, что там было, это навсегда осталось тайной.
В 1880-х годах общество собиралось для встречи Нового года в зале общественного дома «Улей». Сейчас там театр им. М. Чехова. А тогда, взамен визитов, устраивалось общее поздравление. Играл военный оркестр. Бывали лифляндский губернатор, рижский архиепископ и многие другие представители военной и гражданской власти и местного русского и латышского обществ.
Была традиция встречать Новый год в Верманском парке, на концерте. Например, 31 декабря 1891 года публика начала стекаться туда уже к 10 часам вечера.
К одиннадцати часам вечера, писала газета, концертный зал оказался битком набит, да и пришедшим ранее того доставались более плохие места, ибо и мало-мальски видные столы были уже заказаны с утра». Расходиться посетители начали в конце второго часа ночи.
НОЧНОЙ ДОЗОР
Вся эта жизнь рухнула с началом Первой мировой войны и последующей революцией. Рига была захвачена немцами, потом большевиками. Да и потом было не до празднований.
Например, 1 января 1920 года рижская газета «Сегодня» поднимала вопрос о ночной охране: «До тех пор, пока было сравнительно тепло и была надежда, что ночная охрана из жильцов носит временный характер, обыватели охотно несли повинность. Но теперь, когда морозы достигли уже свыше 15 градусов, 4-часовое дежурство обывателей, 80 процентов которых не имеет даже теплого пальто, не говоря уже о галошах или валенках, приобретает положительно трагический характер…»
В ночь под Новый 1925 год была запрещена стрельба. «Префект города Риги предписал начальникам полицейских участков строго следить за тем, чтобы в ночь под Новый год не производилась стрельба. У виновных будет отнято оружие и разрешение на право хранения оружия. Кроме того, они будут привлечены к ответственности». Так что нынешний запрет салютов не нов.
НАЗЛО КРИЗИСУ
Постепенно крепла традиция встречать Новый год в ресторанах. «Сегодня» писала о встрече 1932 года: «Месяцы прошедшего года было такое, что никто не хотел ждать от Нового года каких-либо благ, и поэтому все как будто сговорились встречать 1932 год по меньшей мере сдержанно. Судя по этим признакам следовало ожидать, что новогодняя ночь пройдет тихо, тем более что накануне, кого бы ни спросить, все отвечали: «Новый год будем встречать дома – куда тут рестораны!» Но вышло по-иному.
Правда, еще вечером 1931 года все были дома, но уже с наступлением 1932 года рижане неожиданно покинули свои логовища и рассыпались по ресторанам и барам.
Еще в час ночи положение не предвещало ничего доброго и во многих элегантных ресторанах залы зловеще пустовали. Но уже во втором часу ночи на улицах началось небывалое движение и вскоре все залы были переполнены и все заказанные столики заняты. Несмотря на пресловутое безденежье, все более или менее популярные рестораны и залы были переполнены публикой».
Президент по традиции встречал Новый год в Офицерском собрании, среди военных. Многие встречали Новый год в латышских театрах.
Газета, описывая новогодние рестораны и прочие места празднования, отмечала: «Судя по всему, рижане не сдержали своего слова и встречали Новый год веселей, чем это полагалось бы по обстоятельствам. Даже те семьи, которые сдержали слово и не вышли из стен своей квартиры, все же не смогут, положа руку на сердце, утверждать, что Новый год они встречали скромно. Небывалое оживление на улицах города, непрерывные потоки людей, заполнявшие тротуары и мостовые, – чуть ли не до 7 часов утра, свидетельствовало о том , что либо кризис, как говорят, не пустил столь глубоких корней, либо же люди «с горя» решили хоть в последнюю ночь старого года повеселиться, чтоб хоть на несколько часов забыть о вексельных сроках, новых налогах, сокращениях окладов и других неизбежных неприятностях наступающего года».
Прошло несколько лет, и вот уже в январе 1934 года та же газета пишет: «Давно уж Рига не встречала Новый год столь шумно и весело, как в этом году. С радости ли, что кризис как будто бы несколько ослабел, с горя ли, что „все равно, мол, дела лучшими не стали”, но в этот раз Новому году была устроена особенно шумная веселая и, нужно добавить, „пьяная” встреча. Национальная опера, Национальный театр и Театр Дайлес были переполнены. Что же касается ресторанов, то их хозяева заявляют, что давно уже стены их заведений не видели такого количества гостей, как в эту новогоднюю ночь».
Эта новогодняя ночь в Риге не обошлась без происшествий: в Большой гильдии до потери сознания избили музыканта, пьяный айзсарг стрелял по окнам чужой квартиры, загорелась елка в квартире начальника 8-го полицейского участка, в народном театре поймали вора, укравшего шляпу. Это заголовки новостей.
СЛУЧАЙ В РЕСТОРАНЕ
Вы не поверите, но и в январе 1937-го сообщалось, что «рижане встречали Новый год весело и беззаботно». «И те, кто встречали в тесном домашнем кругу за светящейся елочкой и благодаря радио принимали участие не только в рижской, но и во всех заграничных «встречах», – и кто проводили новогоднюю ночь вне стен своих квартир – в клубах, ресторанах, у родных и знакомых и даже за городом – преимущественно в ослепительной Кемерской гостинице и в уютном булдурском «Казино», решительно все встретили Новый год весело, беззаботно и в достаточной степени шумно».
В том году салюты не запрещали и «ровно в полночь по всему городу раздались выстрелы и трескотня и высоко над крышами домов лопались разноцветные огни ракет „бураков ”, „лягушек ” и т. д.
Из многих окон раздавались крики и пение, свидетельствовавшие о том, что встречавшие Новый год по домам встретили его тоже шумно и весело».
А 1938 год, как писала газета «Яунакас Зиняс», Рига встретила «с радостью и энтузиазмом». «Билеты были куплены заранее во всех театрах, столики в ресторанах заказаны. Очень многие из Риги отправились в Кемери, Сигулду, на побережье и другие курорты, где не было ни одного свободного места в гостиницах и пансионатах. В новогоднюю ночь большие ели у Национальной оперы и на бульваре Свободы снова ярко засияли. Церкви были украшены, зажжены рождественские елки. На новогодних вечеринках и домашних праздниках многих организаций участники собирались у громкоговорителей, чтобы послушать обращение президента к народу.
Момент наступления Нового года в Риге возвестили могучие звуки колоколов Архиепископского собора. К ним присоединились колокола других церквей, и в порту завыли сирены многих кораблей.
Затем со всех сторон в небо взлетели ракеты, раздались фейерверки и выстрелы. В это время люди радостно собирались на улицах как члены одной семьи и желали друг другу счастья. Все крупнейшие рестораны организовали новогоднюю вечеринку с соответствующей развлекательной программой. Они были заполнены до отказа».
Что, кстати, было не всегда хорошо. В феврале 1938 года Анна из Риги обратилась с вопросом в отдел «Юридическая помощь» журнала «Для Вас». Она рассказала, что встречала Новый год в большом ресторане и в очень дорогом белом шелковом платье. После ужина официант подавал им кофе с ликером. И вот тогда его толкнула танцевавшая пара – в зале было очень тесно – и он вылил ликер на платье. Которое было безнадежно испорчено – «в химической прачешной» сказали, что его можно только перекрасить. Анна спрашивала, кто должен возместить ей ущерб: официант, танцоры или хозяин ресторана, допустивший слишком большое количество публики на недостаточной площади и поставивший слишком много столов?
Юрист отвечал, что иск можно подать против всех, но вы же должны понимать, идя в особенно переполненное помещение отмечать Новый год, куда шли. Поэтому лучше придите к мирному соглашению.
Скоро такие проблемы, как испорченное платье, покажутся мелочами. Новый 1940 год, последний для довоенной Латвийской Республики, рижане, как сообщалось, «встретили бодро и весело». Цитата: «Новый 1940 год пришел в Ригу ясной морозной ночью, настраивавшей на бодрый жизнерадостный лад многочисленных рижан, спешивших в ярко освещенные рестораны». Ну и так далее.
ЦЕРКВИ, КЛУБЫ И ОБЩЕПИТ
Нагрянувшая летом советская власть успела встретить один Новый год, но советские газеты описывали главным образом елки для пионеров и школьников.
При немецкой оккупации все было строго. В январе 1942 года оккупационная пресса сообщала: «В новогоднюю ночь тысячи рижан собрались в церквях, чтобы встретить Новый год. Другие были приятно удивлены в ресторанах, открытых до 1 часа ночи. Повсюду царило радостное настроение. Большинство рижан встретили Новый год дома, слушая послание вождя (то есть Гитлера. – Авт.)… Префект Риги Стиглиц доволен новогодней ночью и первым днем года, так как нигде не было никаких беспорядков или происшествий. Жители Риги проявили дисциплину и добросовестность».
Если говорить о послевоенных советских годах, то тогда тоже встречали Новый год в ресторанах. Но советская печать, в отличие от буржуазной, такого не живописала.
Кроме того, не желавших встречать Новый год у себя дома ждали Дома культуры.
Например, Дом культуры ЛРСПС, то есть профсоюзов.
На 31 декабря 1960 года там анонсировался новогодний бал, куда соберутся профсоюзные активисты РВЗ, 2-й и 3-й типографий, дизелестроительного завода, 3-го химико-фармацевтического завода и других предприятий. Они прослушают интересный концерт, получат награды-сюрпризы. Будут работать массовики.
На новогодний бал-карнавал приглашали в Дом культуры «Драудзиба»: концерт, награждение лучших костюмов. Конкурс танцев. Сюрпризы. Световые эффекты. Играет эстрадный оркестр.
И во Дворец культуры завода ВЭФ: играют два эстрадных оркестра. Концерт. Игры. Аттракционы. Работают массовики-затейники, аккордеонисты. Открыто кафе.
А также клуб Рижского трамвайно-троллейбусного треста. И дом культуры Рижского электромеханического завода: новогодний концерт, конкурс масок и награждение лучших костюмов. Играет эстрадный оркестр.
Но это было не бесплатно. «Цена входного билета 10 рублей, в карнавальном костюме – 6 рублей».
Рестораны, впрочем, тоже не пустовали. «Если вы пойдете в кафе или ресторан, – писала «Ригас Балсс», – то должны знать о том, что большинство кафе и ресторанов Риги 31 декабря 1975 года и 1 января 1976 года будут открыты до 3 часов. Исключение составляют кафе «Турайда», винный погреб треста общепита Московского района, кафе «Целтниекс», «Зелта руденс» и «Приедес» (они закроются в 2 часа); кафе «Спорт», «Нептун» – в 1 час; кафе «Вецрига» – в 24 часа, а кафе «Лиго», «Гайлитис», шашлычная на ул. Марупес, столовая «Ильгюциемс» и кафе № 10 треста общепита Московского района – в 23 часа. Девять тысяч человек одновременно сядут за празднично накрытые столы в кафе и ресторанах Риги».
Про новогодние встречи нового века мы вспоминать не будем, они еще не ушли в историю. А оттуда вернулось посещение новогодних богослужений. Но вот ресторанные традиции в историю вполне могут уйти – в том числе по экономическим причинам. Недаром все больше людей встречают Новый год дома. Согласно статистике.
Михаил ГУБИН
