Второй месяц лета с дождями и не совсем летней температурой воздуха не очень располагает к пляжному отдыху. Тем не менее лето есть лето, и люди выходят загорать. Одни в плавках и купальниках, другие – без.
Летом в самый раз вспомнить историю латвийских нудистов, которых до 1940-го именовали «нюдистами». В отличие от Советской России, где говорили «нудисты».
СЛУЧАЙ НА ПЛЯЖЕ
Корреспондент крупнейшей газеты Jaunākās Ziņas оставил для нас описание июньского дня 1932 года, когда в устье Лиелупе открылся нудистский пляж.
«Прокурор и префект были приглашены, но, как и многие другие официальные лица, не явились – хотя всех ждали с большим нетерпением у Лиелупского железнодорожного моста, где стояли большие, украшенные белыми лентами моторные лодки.
Журналист шел пешком по дюнам около километра. «Но нет – голых еще не было видно. Только когда я поднялся выше, увидел три флажка: белый, синий, желтый – и за ними действительно людей. Президент общества Екаб Налда был не совсем голый: на голове у него был белый платок, а на руке – часы. Вице-президент Вилма Далбиня тоже была с платком на плечах. Остальные лежали на песке и не хотели вставать.
Мне пришлось тоже раздеться и лечь рядом, чтобы можно было начать разговор. Но Вилма была настороже и ждала, не появится ли журналист, который уже распускал о них некрасивые слухи – чтобы сразу его избить. Но тот не появился.
«Сколько вас тут?» – спрашиваю.
«Около тридцати крепких мужчин и только четыре женщины-представительницы», – отвечают.
«Почему так мало женщин?» – «Потому что дамы еще слишком стеснительны и боятся, что им здесь придется раздеться. И еще – из-за здоровья».
Но о здоровье здесь заботятся насильно: если какая-нибудь дама не может удержаться на ногах, к ней сразу подбегают пять крепких мужчин, подхватывают и поднимают в воздух – зрелище, надо сказать, забавное.
После этого все идут купаться в Лиелупе. Снова мужчины с полотенцами подбегают и тщательно вытирают дам. Потом берутся за руки и идут в пляску – шаг вперед, шаг назад и так далее.
Вдруг кто-то кричит: «Появилась полиция!»
Все вскакивают: «Полиция!? Что теперь будет – арестуют, увезут в участок?»
«Я бегу!» – кричит голый поэт Маргерис Танкс.
«Ты боишься?» – спрашивают его.
«Нет, но я служащий самоуправления. Если мое имя попадет в прессу, неизвестно, как это скажется на карьере. А если городской голова появится, то все – он не признает культуру наготы».
Но тревога оказалась ложной. Пришел только один надзиратель с двумя стражниками – не арестовывать, а скорее как делегат префекта. И кроме того, нужно было составить протокол…»
РАЗДЕЛЬНЫЕ ЧАСЫ
Современный нудизм зародился на рубеже XIX и XX веков в Германии. Один из его отцов, Рихард Унгевиттер, в 1900-х годах сформулировал правила: человек должен вернуться к природе, отказаться от алкоголя, табака, мяса и... одежды, которая мешает коже дышать солнцем и воздухом. В Германии это назвали Freikörperkultur (FKK) – культура свободного тела.
Немцы подходили к делу с чисто германской системностью, дисциплиной и уклоном в спорт. Никакого эротизма: голые прыжки через козла, коллективная гимнастика в лесах и строгое вегетарианство.
В начале XX века Рижское взморье (будущая Юрмала) было излюбленным курортом Российской империи, где заправляли балтийские немцы. Именно они привезли из Германии моду на «лечение солнцем и воздухом».
Но до Первой мировой войны здесь действовала уникальная система – раздельные часы для купания. Например, с 10.00 до 12.00 купаются исключительно женщины. С 12.00 до 14.00 – исключительно мужчины. В «свой» час мужчины или женщины заходили в воду абсолютно голыми. По границам купальной зоны дежурили конные жандармы, которые следили, чтобы противоположный пол не подглядывал из дюн.
Это еще не был идейный натуризм, это была старая гигиеническая традиция – считалось, что мокрая шерстяная ткань купальника вредна для здоровья, а сохнуть надо на солнце.
ДВЕ ШКОЛЫ НУДИЗМА
Со временем на Рижском взморье постепенно отменили раздельные часы. В этот момент латвийское общество отдыхающих раскололось на две школы.
Часть (включая местных немцев и левых активистов) осталась верна немецкому FKK. Они считали, что надевать купальники – это шаг назад к буржуазному ханжеству. Для них нагота была манифестом свободы.
Поскольку радикальный немецкий нудизм вызывал осуждение у полиции и церкви, ему была найдена альтернатива – в Париже. Французские натуристы не признавали радикальной наготы. «Мужчины обязаны носить трусики, женщины же, кроме трусиков, надевают еще лиф», – сообщала «Сегодня».
Французскую школу в Латвии представляло общество Saule («Солнце»). Оно возникло в конце 1920-х годов, как респектабельное «Общество заботы о здоровье».
Достопримечательностью этого общества был 75-летний ветеран по фамилии Деникас. В возрасте 30 лет врачи приговорили его к смерти: он был разбит параличом и харкал кровью. Но взял жизнь в свои руки, начал закаляться по методу Кнейпа (водо- и воздухолечение) и полностью исцелился. В 75 лет он лихо купался в проруби. Saule использовала его как живую рекламу: вот он, истинный, здоровый натуризм!
Глава Saule доктор Клавиньш на вопрос, можно ли мужчинам и женщинам сразу вместе загорать голышом, отвечал, что их общество до таких крайностей пока не дошло. Это возможно только в далеком будущем, когда общество постепенно изменится и исчезнут нынешние «понятия о пороке».
Им идейно противостояло Латвийское общество культуры свободных тел Екаба Налды, созданное в 1931 году. Налда, это псевдоним Екаба Гринбергса, требовал тотального, немедленного и совместного обнажения мужчин и женщин. Он заявлял, что чувство стыда нужно искоренить немедленно, так как оно является «проклятием человечества». Только избавившись от стыда, люди улучшат расу, укрепят брак и победят самоубийства.
С ТРИБУНЫ СЕЙМА
Самое первое открытие лагеря нудистов в Буллюциемсе, о котором мы писали вначале, состоялось 8 мая 1932 года, но тогда с погодой не повезло, шел дождь. Об этом остался репортаж в газете Pēdējā Brīdī.
Репортер садится в поезд и едет к нудистам, полный предвкушения и страха (как бы не встретить знакомых), и размышляет о том, что еще пару лет назад за такое «бесстыдство» штрафовали, а теперь вот – целое общество открывается.
В вагоне пассажиры уже вовсю обсуждают грядущее событие, прильнув к окнам. Слышны испуганные и возмущенные реплики:
«Эта женщина слишком полная, а вот та, вторая – вообще сумасшедшая!»
«Голышом на песке? Мужчины и женщины вместе? Да где это видано!»
Муж кричит: «Я пойду посмотрю, что там творится, и вызову полицию!», а жена его удерживает: «Никуда ты не пойдешь! Постыдился бы, там же дети! Голых людей никогда не видел, что ли?»
Самая пикантная часть: автор случайно задевает ногой сидящую напротив «прекрасную рижанку лет 20» с темными кудрями. Они знакомятся. Оказывается, она тоже едет на открытие общества наготы!
Журналист робко спрашивает: «И вам не будет стыдно? Все-таки врожденное чувство...» На что девушка уверенно отвечает: «Нет, я уже привыкла. Голый человек сам по себе очень приятен. Вот увидите, я вас научу свободным играм и высшему искусству спорта!»
Они приходят на спортивную площадку у устья Лиелупе. На входе стоит абсолютно голый мужчина и собирает со всех по 2 лата за вход.
Автор и его спутница уходят в кусты переодеваться. Журналист жутко стесняется, возится с пуговицами и подтяжками, а девушка уже скинула платье, осталась в одной трикотажной комбинации, подгоняет его и смеется над его нерешительностью: «Ну же, быстрее, тут все свои!» В итоге, как пишет автор, «она быстрыми рывками освободила меня от одежды и сделала из меня Адама».
Они выходят на пляж. Вокруг – около 20 человек. «Большинство – дамы», которые весело смеются, а вот мужчины, по наблюдению автора, какие-то «угрюмые и смотрят друг на друга с удивлением».
Чтобы доказать свою приверженность культуре тела, журналист мужественно бросается в ледяную майскую воду, а когда выходит – чувствует себя «истинным Адамом» и признает, что «Божий мир прекрасен».
Позагорав и вдоволь наговорившись «о вечном», автор предлагает девушке продолжить «спортивные упражнения» с какими-то другими нудистами на площадке. Но тут прекрасная рижанка строго заявляет: «Тебе туда нельзя! Там другие женщины, они тебя испортят. Спортом мы будем заниматься только вдвоем».
А вечером в поезде на обратном пути в Ригу она окончательно добивает романтику: «Через неделю мы пойдем в ЗАГС, и тогда тебе больше нельзя будет здесь показываться!»
Этот фельетон обсуждали на заседании Сейма 10 мая 1932 года! Депутат от Христианского блока Янис Териньш был возмущен до глубины души. Его шокирует не просто описание наготы, а то, что латвийская пресса выказывает «четкую тенденцию выставлять это общество голышей как нечто благоприятное, что нужно всеми силами поддерживать!».
На примере этой статьи Христианский блок требует ввести официальные санкции и предупреждения для прессы за подрыв общественной морали.
ПУТЬ ПИСАТЕЛЯ
Подробнее расскажем о Екабе Гринберге, известном также под фамилией Налда. Хотя известно о нем немного.
Гринберг был отставным офицером латвийской армии. Вероятно, у него оставались старые связи в оборонном ведомстве, среди боевых товарищей. А как еще объяснить тот факт, что его нудистский пляж был арендован у латвийской армии, то есть находился на армейской земле? Полиция требовала разорвать договор аренды, но военные не спешили.
В конце 1920-х годов Налда издал свои книги: «Возвращаемся к своим, долой еврейскую идеологию!», «Разгадка мировой тайны», «Симфония Космоса», «Тайна власти любви», поэтому считается писателем и философом.
Налда не просто организовал пляж, он развернул мощную медиакампанию. Его журнал Brīvais cilvēks выходил ежемесячно, успело выйти четыре номера. Первый номер открывался статьей Аустры Гринберги, жены Налды: «Не обнаженное, а именно прикрытое тело заставляет работать ненормальное воображение; не голое тело возбуждает эротические чувства, а как раз сильно декольтированные наряды и скудные купальные костюмы дают волю фантазии?..»
Но, конечно, обывателей в газете привлекали фотографии латвийских нудистов.
ПЕРВАЯ ЖЕНЩИНА
Вилма Далбиня – еще один идеолог нудизма. В мае 1932 года она выступила с первой публичной лекцией на вечере «Латвийского общества культуры свободных тел». Газеты писали, что это «первая латышская женщина, которая обратилась к культуре голого тела». Неудивительно, что в зале собралось множество публики, и большинство – мужчины.
Оказавшись перед сотнями оценивающих мужских глаз, лектор заметно растерялась. В руках у нее был только листок с главными тезисами, которые она и зачитала: «Все зло для женщины идет от купального костюма!» Если сбросить одежду, то тут же улучшится семейная жизнь, прекратятся самоубийства от «жизненной скуки» и увеличится число счастливых браков.
Журналист газеты Pēdējā Brīdī пробрался в самый штаб Латвийского общества культуры свободного тела. Статья начинается с признания, что на Западе нудизм уже устарел, а в Латвии только расцветает. Выясняется, что первыми штаб-квартиру нудистов приютили в помещениях женской гимназии на ул. Бривибас, 40! Однако строгие дамы-педагоги быстро взбунтовались. В итоге нудистов выставили вон, и они переехали в Клуб домовладельцев на бульваре Бривибас, 2/4. Именно туда и пришел газетчик. Впоследствии в этом здании откроется магазин «Сакта».
Автор делает вывод: латвийские нудисты на словах свободны от предрассудков, а на деле – жутко боятся разоблачения. Публично и открыто общество представляет только одна женщина – Вилма Далбиня. Родом из Икшкиле. Окончила лишь начальную школу, но при этом уже вовсю читает лекции! Родственники ее увлечение культом наготы, мягко говоря, не одобряют и считают, что в Икшкиле ей лучше вообще не показываться.
При этом ходят дикие слухи, будто Вилма читает лекции мужчинам абсолютно голой. Сама она это яростно отрицает: «Люди болтают ужасные вещи! Я просто люблю солнце и не вижу в наготе ничего плохого».
НА УЛИЦЕ СПОРТА
Далее репортер задает вождю нудистов Янису Налде главный вопрос: «Зачем вам обязательно нужны общие пляжи для мужчин и женщин? Почему нельзя загорать раздельно?»
Ответ Налды: «Чтобы не развивался гомосексуализм!»
Далее он поделился большими планами, но сбыться им не удалось. Потому что далее латвийских нудистов преследовали неприятности.
По закону и утвержденному уставу созданное Налдой Латвийское общество свободной культуры тела было обязано огородить территорию своего пляжа плотным, глухим, непроницаемым для чужих глаз забором, чтобы голые люди не смущали добропорядочных граждан.
Однако Налда решил сэкономить: он натянул обычную колючую проволоку и сделал это только со стороны суши. Со стороны моря никакого забора не было вообще.
В итоге «дети солнца» оказались как на ладони перед толпами обычных отдыхающих и курсирующих мимо лодок.
14 июля 1932 года Министерство внутренних дел не выдерживает и инициирует закрытие общества. Полиция начинает регулярно наведываться на пляж и выписывать Налде штрафы и протоколы за «дырявый забор».
Сам Налда активно штурмовал инстанции. В прессе тут же поползли дикие слухи, будто «голый вождь» пришел качать права в суд прямо в купальном трико. Налде даже пришлось давать опровержение в газетах. Он оскорбился и заявил, что в канцелярию к барышне он заходил не в трико, а в приличном купальном халате, а это, по его мнению, «большая разница»!
15 ноября 1932 года Рижский окружной суд вынес окончательное решение: за нарушение устава и «деморализующее влияние» официально ликвидировать общество. Одновременно МВД аннулировало право на издание журнала Brīvais cilvēks.
Суд Налда проиграл, но сдаваться не собирался – уже в следующем году он попытался обойти запрет, создав новое общество «Гайсма» («Свет») и перенеся свои пляжи на другой берег, в Вецаки.
По уставу это было абсолютно благопристойное спортивно-гигиеническое объединение, члены которого обязывались принимать воздушные ванны исключительно в одежде. Но Налда нашел лазейку: он разработал для своих подопечных «минималистичные купальники» – крошечные лоскутки ткани, едва прикрывавшие наготу. Расчет был простой: формально люди в одежде, придраться не к чему. Но на практике, едва патрульные скрывались за дюнами, эти лоскутки моментально сбрасывались.
Вокруг Налды, который к тому времени уже плотно сидел на игле и кокаине, сформировался специфический круг. Потеряв легальные источники дохода от журналов и взносов, отставной офицер превратился в наркодилера.
В марте 1935 года Налду и его жену Аустру задержали за употребление кокаина и наказали в административном порядке: вождь нудистов получил 3000 латов штрафа (или шесть месяцев ареста), а его супруга – 1500 латов (или три месяца).
Вскоре после этого его следы окончательно теряются.
ВОЗРОЖДЕНИЕ
При Карлисе Улманисе нудистов, как таковых, не было. Разве что в Кулдиге жители пытались купаться голышом в знаменитом водопаде, но полиция с этим боролась.
В Советской Латвии нудисты были. Но неофициально. Главными очагами советского нудизма в Латвии были несколько культовых точек.
Побережье у реки Инчупе (чуть не доезжая Саулкрасты) было негласной столицей советского нудизма. Место идеально подходило для конспирации. От железнодорожной станции идти было довольно далеко, случайные люди туда забредали редко, а широкая полоса дюн и соснового леса позволяла вовремя заметить любое приближение посторонних. В советские годы здесь без лишнего шума и скандалов загорали целые интеллигентные семьи.
Лиласте и Калнгале (Видземское взморье) – еще одна глухая зона, где советские «дети солнца» чувствовали себя в относительной безопасности.
22 апреля 1990 года, во Всемирный день Земли, на Видземское взморье на свое первое учредительное собрание приехали более 60 человек – сторонников нудизма в Латвии, сообщала газета «Советская молодежь».
Ветеран нудизма 89-летний Леон Винтер рассказал собравшимся о движении нудистов в Латвии в 20–30-е годы. Несмотря на неожиданно хлынувший дождь, собравшиеся учредили Латвийское общество нудистов (ЛОН), приняли программу, в которой указали свои цели – восстановление Общества свободного тела (ОСТ) «Сауле», возобновление издания «Бривайс цилвекс» («Свободный человек»), открытие «диких» пляжей типа FKK, популяризацию воспитательных идей нудизма. Председателем ЛОН избран Николай Манюк.
Председатель общества, бывший моряк, в 1990 году раздавал множество интервью, даже детской газете «Пионерис», но после этого начисто исчез. Журнал возобновить не получилось. Но собственные сайт и организация у современных латвийских нудистов есть. И пляжи тоже. И, как видим, богатая история.
Михаил ГУБИН
