Идет сбор подписей за то, чтобы в Латвии на государственном уровне животным была доступна круглосуточная экстренная помощь.
В настоящее время в Латвии нет организованной и финансируемой государством системы, которая обеспечивала бы круглосуточную неотложную ветеринарную помощь. В ночное время, по выходным и праздничным дням во многих регионах Латвии владельцам животных она попросту недоступна. Часто ближайшая клиника находится в нескольких часах езды, что в экстренных ситуациях угрожает жизни и здоровью животных.
Ветеринарная помощь полностью основана на частной инициативе – то есть исключительно за деньги, и, как мы знаем, немалые.
На портале manabalss.lv размещена инициатива о создании в Латвии государственной системы круглосуточной неотложной ветеринарной помощи (Valsts nodrošināta diennakts neatliekamās veterinārās palīdzības sistēmas izveide Latvijā). На момент подготовки материала было собрано более 4500 из необходимых минимум 10 тысяч подписей, чтобы ее рассмотрели в Сейме.
«Мы делали все для его здоровья»
Автор инициативы – Диана Мосуре, жительница Даугавпилса, лично прошла через потерю не просто питомца, а члена семьи.
– В 2017 году мы с мужем поехали в Вильнюс за щенком шпица, и по дороге домой он «выбрал» меня – уснул на моих коленях, – вспоминает Диана. – Мы растили Юки всей семьей, любили и заботились. Он был умным, послушным и невероятно воспитанным.
Несколько лет назад у собаки обнаружили проблемы с сердцем – оно было увеличено, из-за чего могла скапливаться жидкость в легких. Началось постоянное лечение и строгое следование рекомендациям врачей.
– В 2024 году появились кашель и хрипы, и мы стали чаще посещать ветеринара, вести подробный учет состояния Юки, анализов и ухода. Даже ездили в клинику в Вильнюс и делали все возможное ради его здоровья.
Но и этого оказалось недостаточно. В том же году у Юки обнаружили проблемы с рефлексами – он не выпрямлял лапу, как должен. Мы застелили квартиру коврами, купили нескользящие ботинки, делали массажи и упражнения, но ходить ему становилось все труднее, хотя он оставался жизнерадостным.
Звонили всюду, более ста раз, но…
В прошлом году в семье отметили восьмой день рождения Юки – с друзьями, шариками и «тортиком». Диана с мужем мечтали, что песик будет с ними еще долгие годы.
– Но в ночь с 20 на 21 июля Юки стало тяжело дышать. Я не спала и с утра обратилась в клиники. В одной прием был только на следующий день, поэтому мы поехали в другую, где нас приняли через час. Врач осмотрела собаку, сделала укол и сказала, что без помощи Юки мог не дожить до завтра. Нас это сильно напугало, но нам дали лекарства и уверили, что все будет в порядке.
Вернувшись домой, мы уснули. Проснувшись, я увидела, что Юки ведет себя необычно и написал под кроватью – чего он никогда не делал. Я подумала, что это из-за мочегонных препаратов.
Вечером знакомый врач (не ветеринар) сделал Юки укол, утром повторил – все казалось стабильным, и я отменила запись в клинику. Но затем Юки перестал есть: во вторник отказался от ужина, в среду почти ничего не ел, только вечером немного поел индейку, что нас обрадовало.
В четверг утром он снова отказался от еды, а я уехала в Ригу, встречать мужа из аэропорта, оставив Юки с 17-летней сестрой.
Когда находилась уже по дороге домой, сестра позвонила по видеосвязи: Юки лежал на полу в судорогах. Мы в панике поехали обратно, не понимая, как помочь. Любимец задыхался, перестал дышать и реагировать. Мы звонили всем, было сделано более 100 звонков – друзьям, врачам, клиникам, отправили десятки сообщений. Я пыталась помогать сестре по телефону. На короткое время Юки начал дышать, но состояние оставалось критическим.
Удалось дозвониться до круглосуточной клиники, где дали инструкции, но связь прервалась, и больше никто не отвечал. Я искала не клинику – я искала врача, который скажет: «Я еду». Я была готова на все, лишь бы ему помогли, но никто не приехал.
Нам подсказали клинику с дежурным врачом. Мы приехали, но никто не открыл. Я стучала, кричала и умоляла о помощи у закрытых дверей.
«Выучила наизусть все симптомы приступов…»
Когда семья вернулась домой, Юки уже стало немного легче. Диана снова звонила в клиники – и в Ригу, и в Вильнюс.
– Дозвонились до одной из круглосуточных клиник, где посоветовали ждать утра. Ночью решили с мужем спать по очереди. Я легла на полу рядом с Юки. Читала, что делать при приступах. К 7 утра я уже вычитала все симптомы приступа: синеющий язык, стеклянный взгляд, тяжелое дыхание, дезориентация. Мне начало сносить крышу от стресса. Я взяла Юки на руки и мы пошли смотреть в окно, он любит наблюдать. Было страшно.
В 9.00 мы приехали в Латгальский ветеринарный центр. Нас приняли без очереди, поместили Юки в кислородную камеру, однако на следующий день он перестал ходить. Мы забрали Юки и поехали в клинику в Вильнюсе.
«Он еще 10 секунд мог нас слышать…»
В литовской клинике собаку осмотрели, на УЗИ сказали, что с сердцем все в порядке, невролог тоже сказал, что нужно наблюдать, делать массаж – и будет лучше.
– Мы поехали домой. Я наконец уснула. Дома мы делали все манипуляции, которые советовали врачи. Даже ходили гулять, Юки лежал на травке, смотрел вокруг. Я все время была с ним рядом. Но в один момент я услышала, что Юки тяжело дышит. Позвонила мужу, он как раз подъезжал к дому. Нам сказали снимать приступы на видео, поэтому я включила камеру на телефоне. Теперь у меня в памяти телефона есть видео того, как на наших руках Юки уходит. Звать его было поздно, сердце не билось...
Конечно, никто из ветеринаров на наши звонки не ответил. Мы были с ним одни, но наши крики слышали все соседи.
Утром доктор Дмитрий принял нас с мужем без очереди. Он был с Юки с щенячества, знал нашу семью и то, как мы его любили. Мы просто говорили, просто плакали. Дмитрий сказал, что случился отек легких – Юки задохнулся, а отпускать из клиники в Вильнюсе нас не должны были, поскольку песик был в критическом состоянии. Но нашего Юки не вернуть.
«Я буду бороться!»
После случившегося Диана с мужем на несколько месяцев уехали из страны.
– Было невозможно находиться в квартире, в городе, где все напоминало о нашем любимце. Мне поставили глубокую депрессию и бессонницу (психологически не могла уснуть, пока не наступит утро – был страх, что ночью нет помощи, и она бывает только днем), выписали таблетки и рекомендации.
Когда состояние Дианы начало улучшаться, она открыла сбор подписей за возможность софинансирования круглосуточной клиники в черте Даугавпилса. Необходимый минимальный порог в 300 подписей собрали за шесть часов. Но от самоуправления пришел отказ. В письме, среди прочего, было указано, что «Была организована встреча с практикующими на территории самоуправления ветеринарными врачами и представителями ветеринарных учреждений с целью оценить возможности обеспечения круглосуточной или дежурной ветеринарной помощи. По результатам данной встречи ни один из представителей отрасли не выразил готовности участвовать в обеспечении такого вида услуг».
– Мы далеко не первые, кому срочно понадобилась помощь. И, к сожалению, не последние. Дежурный ветеринар ночью – это не роскошь, это необходимость. Это спасенный пес, кот, любимец, член семьи. За которого борются. Возможность выжить у животных должна быть и по ночам тоже, и я продолжу за это бороться, – говорит Диана.
Cейчас на портале manabalss.lv размещена новая петиция Дианы, в которой жительница Даугавпилса требует ввести круглосуточную ветеринарную помощь не только в родном городе, но и по всей Латвии. Такая скорая помощь для животных должна финансироваться государством, считает автор инициативы. Под петицией за полтора месяца собрана половина из необходимых 10 тысяч подписей. После завершения сбора инициатива поступит в Сейм.
Елена ПЕВЦОВА
